К годовщине смерти Александра Блока. For the anniversary of the death of the Alexander Blok…

Казалось бы, причем здесь "Конек-Горбунок"? А при том...Жена Петра Павлова Ершова, мать его сыновей, продолживших род Ершова, сама из того же рода Черкасовых, что и Александр Блок. Её отец - Николай Львович Черкасов и прадед Александра Блока -Александр Львович Черкасов - родные братья. Подробнее с родословной Черкасовых познакомлю вас на страницах сайта, чуть позже...всё еще в процессе освоения. Пока освоила только блог. Так что делюсь своей статьей о Блоке в своем блоге (каламбурчик).

https://newreviewinc.com/a-g-ranskaya/

One might ask, what does "The Little Humpbacked Horse" have to do with this? Well... The wife of Pyotr Pavlov Ershov, the mother of his sons who continued the Ershov lineage, is from the same Cherkasov family as Alexander Blok. Her father, Nikolai Lvovich Cherkasov, and Alexander Blok's great-grandfather - Alexander Lvovich Cherkasov - were brothers. I'll introduce you to the Cherkasov genealogy in more detail on the website pages a bit later... I'm still getting acquainted with it. So far, I've only mastered the blog. So I'm sharing my article about Blok in my blog (a play on words).

А. Г. Ранская

Сибирские предки А. А. Блока. Панаевы и Черкасовы

Александр Блок вошел в русскую литературу под именем, унаследованным от отца, с которым был разлучен с момента рождения, и стал центром конфликта своего отца с семьей матери – Бекетовыми. Настоящая работа посвящена родословной отца А. А. Блока, что позволяет изменить взгляд на генеалогические корни великого поэта.

Так сложилось, что исследователи жизни Александра Блока (1880–1921) проявляли интерес, главным образом, к родословной поэта по материнской линии – как со стороны ее отца, Андрея Бекетова, так и со стороны матери – Елизаветы Карелиной. Родословную Александра Блока по отцовской линии обычно ограничивают краткой историей немецкого рода Блоков, а родословная линии Черкасовых, к которой принадлежит мать отца – бабушка поэта Ариадна Александровна – представлена в литературе только весьма нелестной характеристикой ее отца, прадеда поэта Александра Львовича Черкасова.

Образ отца поэта демонизирован сестрой матери А. А. Блока – М. А. Бекетовой – в ее опубликованных воспоминаниях и позднее брался за основу каждым новым исследователем. Прослеживается открытая неприязнь М. А. Бекетовой к роду Черкасовых и лично к Ариадне Александровне. Чем это обусловлено – вопрос, выходящий за рамки настоящего исследования.

Существование «родственных антипатий» между семьями Бекетовых и Блоков, отмечает, в частности, литературный критик Станислав Лесневский в предисловии к изданным в 1990 году «Воспоминаниям об Александре Блоке»: «<...> Георгий Петрович Блок (1888–1962), двоюродный брат поэта, талантливый литературовед, интересный писатель, который, однако, в силу каких-то родственных антипатий, сегодня нам не вполне ясных, относился к семье Бекетовых подчас с заметным недоброжелательством или не совсем объективно»1. На мысль о наличии «родственных антипатий», наводит также статья Т. Н. Жуковской2. Ряд документов из семейного архива Менделеевых, «в результате целого ряда случайных и неслучайных обстоятельств», оказался в семье Якушкиных. Произошло это в Ленинграде, в первую блокадную зиму, вскоре после смерти хранительницы архива Менделеевых – Анны Ивановны Менделеевой (второй жены Д. И. Менделеева и матери жены поэта – Л. Д. Менделеевой-Блок). 7 августа 1988 года, на традиционно проходящем в Шахматове Дне памяти Александра Блока, Е. Д. Якушкин передал автографы из своего домашнего собрания Советскому Фонду культуры для подмосковного Музея-заповедника Д. И. Менделева и А. А. Блока. Среди документов – «...еще одна реликвия домашнего собрания Якушкиных – подлинник письма двоюродного брата поэта по отцовской линии, писателя Георгия Петровича Блока (1888–1972) от 9 марта 1922 года М. А. Бекетовой, готовившей к изданию свою первую книгу о племяннике ‘Александр Блок’ (Пг., Алконост, 1922)».

Письмо было обнаружено в бумагах уже покойной Анны Ивановны Менделеевой, вероятно, перешедших ей после смерти «обитательниц квартиры на Пряжке в 38-39 годах» (имеются в виду жена А. Блока – Любовь Менделеева, и сестра матери – Мария Бекетова).

Многоуважаемая Мария Андреевна! <….>

Наш разговор заставил меня пристальнее заняться Черкасовыми и вот что за эти дни мне удалось узнать из разбросанных печатных источников.

Прежде всего я, кажется, ошибочно назвал моего прадеда Александром Ивановичем – он был так же: Александр Львович.

Он был из дворян Казанской губ[ернии]. Родился 16 августа 1796 г., умер в сентябре 1856 г[ода]. По-видимому, в молодости служил в гвардии, в артиллерии. Служить начал, должно быть, в 1819 году. Псковским гражданским губернатором был с 26 февраля 1845 г. по день смерти.

Были у него братья Иван и Николай, оба гвардейские уланы. В «Русском Архиве» за 1878 г. (кн. III, стр. 519) есть очень «уютные» мемуары, сообщенные И. С. Листовским и озаглавленные «Рассказы из недавней старины». В них нашлось вот что: «В Пскове губернатором был Александр Львович Черкасов. Государь, зная его как честнейшего труженика, не имеющего никакого состояния и обремененного семейством, при замужестве каждой дочери жаловал на приданое» <...>. О Черкасовых еще буду искать. Надеюсь, что ко времени, когда Вы будете работать над подробными «Материалами», мне удастся достать портреты двух прадедов: Александра Ивановича Блока и А. Л. Черкасова.

.

Г. П. Блок заканчивает свое письмо на позитивной ноте: «Вечер, проведенный у Вас, был чудесный. Тема этого вечера – и старина и самое последнее – мне безгранично дорога. Очень хотелось бы еще к Вам придти. Искренне Вас уважающий и всегда готовый к услугам, Г. Блок».

В своей статье Т. Н. Жуковская отмечает: «О деде отца поэта по материнской линии А. Л. Черкасове, о котором говорит Г. П. Блок, М. А. Бекетова писала в книге ‘Александр Блок’ (1922): ‘Прадед поэта, Александр Львович Черкасов, судя по скудным сведениям, дошедшим до нашего времени, слыл человеком из ряда вон деспотичным и жестоким <...> Александр Львович служил в Сибири <…>. Все его четыре дочери получили домашнее образование»3.

В ответ на документы, приведенные Г. П. Блоком о «честнейшем труженике» Александре Львовиче Черкасове, М. А. Бекетова оставляет в своей книге утверждение, что тот «слыл человеком из ряда вон деспотичным и жестоким», со ссылкой лишь на «скудные сведения», не упомянув об известном ей письме Г. П. Блока.

Во второй книге «Александр Блок и его мать», вышедшей вскоре после смерти матери Блока, (книга закончена 14 июня 1923 г.) М.А. Бекетова продолжила «дистанцироваться» от Черкасовых: «...Очевидно, Ал. Льв. был непригоден к семейной жизни по какой-то атавистической, ненормальной жестокости, вероятно, унаследованной им от предков со стороны его матери, урожденной Черкасовой. Не могу заподозрить в столь грубых проявлениях некультурности немецкое семейство выходцев из Германии Блоков, давших России ряд докторов и чиновников. Думаю, что корень зла кроется в недрах крепостной России, откуда Ал. Льв. воспринял черты жестокости и самобытности»4.

Знала ли М. А. Бекетова родословную Черкасовых? Весьма вероятно. И не только из письма Г. П. Блока. Точки соприкосновения между представителями рода Бекетовых и Черкасовых существовали давно. М. А. Бекетова пишет: «Дед мой, Николай Алексеевич Бекетов, <…> женился и поселился в деревне. Жена его (урожденная Якушкина, племянница декабриста)»5. Декабрист Якушкин находился в ссылке в Сибири, в Ялуторовске, где тесно общался с Гаврилой Львовичем Черкасовым (родным братом прадеда А. А. Блока), служившим тогда в г. Туринске исправником. В письмах к своему другу И. И. Пущину, тоже декабристу, Якушкин советует познакомиться поближе с Черкасовыми6. В семье Г. Л. Черкасова в те годы жили девицы на выданье – племянницы, дочери другого его брата, Николая Львовича, двоюродного прадеда А. А. Блока. Одна из них – Елена Николаевна Черкасова – значительно позже стала женой поэта П. П. Ершова.

Хорошо известно, что семья П. П. Ершова была очень дружна с семьей Д. И. Менделеева, а падчерица П. П. Ершова – Феозва Никитична Лещева, дочь его первой жены, – стала первой супругой Дмитрия Ивановича. Менделеев помогал своему тестю П. П. Ершову с публикацией долгое время находившейся под запретом сказки «Конек-Горбунок», с получением вечно задерживаемого гонорара и даже выхлопотал пенсию для него, оформление которой чрезмерно затянулось. В свою очередь, семьи Бекетовых и Менделеевых связывала долголетняя дружба. Александр Блок в «Автобиографии» пишет: «Менделеев и дед мой, вскоре после освобождения крестьян, ездили вместе в Московскую губернию и купили в Клинском уезде два имения – по соседству; менделеевское Боблово лежит в семи верстах от Шахматово, я был там в детстве, в юности стал бывать там часто»7. Боблово было приобретено Менделеевым для его первой семьи, и, вне всяких сомнений, общение между первой семьей Менделеева и Бекетовыми было тесным. Таким образом, уже за два поколения до М. А. Бекетовой семьи Якушкиных, Черкасовых, Менделеевых и Бекетовых были переплетены узами браков и дружбы.

В те годы в дворянских семьях браки не могли состояться без тщательного взаимного изучения родословных жениха и невесты. Вероятно, родословными интересовался и отец поэта. В письме, отправленном из Варшавы в июле 1903 года, уже информированный сыном о скорой свадьбе с дочерью Д. И. Менделеева, он интересуется, с дочерью от какого брака Менделеева готовится вступить в родство сын: «...напиши при случае фамилию (девическую) ее [невесты] матушки»8. Вряд ли это было праздным любопытством, в те времена то был важный вопрос.

Однако всё же нельзя доказательно утверждать о знании Бекетовыми подробностей родословного древа Черкасовых, оставим это как предположение. Тем не менее, нежелание М. А. Бекетовой внести в биографию поэта хотя бы часть истории рода Черкасовых, переданную ей Г. П. Блоком по ее же просьбе, выглядит довольно странно.

Не исключено, что Г. П. Блок всё же восстановил родословную своего общего с А. А. Блоком прадеда А. Л. Черкасова, но она или не вписалась в «наследственную» «концепцию таланта» поэта, предложенную М. А. Бекетовой, или он опоздал со своей находкой к изданию ее второй книги (1925).

Любопытно, что много лет спустя, в 1938 году, Г. П. Блок был привлечен к участию в работе над изданием полного собрания сочинений А. С. Пушкина. Работа над IX томом («История Пугачева») вовлекла его в изучение литературы и языка XVIII века. На основе этой работы он написал кандидатскую диссертацию и опубликовал статью «Пушкин и Шванвичи». А у Пушкина рядом с именем Шванвича упоминается имя Льва Черкасова. Установлено, что о нем – поручике карабинерного эскадрона Московского легиона Льве Ивановиче Черкасове (отце прадеда Блока) – пишет А. С. Пушкин в своей «Истории Пугачева». Случайное ли совпадение, или на эту тему вывело Георгия Петровича продолжение изучения рода Черкасовых, которым он обещал заняться М. А. Бекетовой, и узнал ли он в Льве Черкасове своего предка, мы не знаем.

М. А. Бекетова в своих публикациях утверждает, что литературным талантом поэт безраздельно обязан семье Бекетовых, в которой «воспитывался поэтический дар Александра Блока»9. «В нашей семье, где давала тон Сашина бабушка [Бекетова], литературность была, так сказать, в крови <…>. Как видно, литературность перешла к Саше еще от бабушки...»10 Как мы покажем ниже, про бабушку Бекетову тетя могла бы быть права, если бы у А. А. Блока не было еще и второй бабушки – Ариадны Александровны, гораздо более интересной с этой точки зрения.

Надо отметить, что наследственностью М. А. Бекетова также объясняет «музыкальность» поэта: «Музыкальность отца [Блока], по-видимому, претворилась в сыне особым образом. Она сказалась в необычайной музыкальности его стиха и в разнообразии ритмов»11.

Впрочем, и сам Александр Блок в своей «Автобиографии», опубликованной впервые в июне 1915 года, отмечает: «Семья моей матери причастна к литературе и науке»12. «В семье отца литература играла небольшую роль»13. Соответствует ли данное утверждение действительности? Что известно о роде Черкасовых?

Вообще говоря, о главенствующей роли наследственности и воспитания в формировании талантов, споры идут издавна, и взгляд М. А. Бекетовой на этот вопрос не нов, но в нашем случае следует взглянуть на проблему шире – в частности, с генеалогической точки зрения. Надо сказать, что литературные таланты, в особенности того выдающегося уровня, который достигнут в русской литературе немногими, не выращиваются путем воспитания в приличных дворянских семьях, где литературой интересуются все и «пробой пера» искушают себя многие. В противном случае, поэтами и писателями становились бы тысячи. Литературный талант – явление штучное, и даже литературные институты не выпускают талантливых писателей, если они сами туда не приходят учиться.

С другой стороны, известны если не династии, то семьи, где творческий потенциал, заложенный основателем рода, проявляется много колен ниже и делает такой случай знаменитым. В первую очередь, можно вспомнить о потомках графа Петра Андреевича Толстого (который сам был талантливым писателем, а среди потомков историки насчитывают 24 писателя), а также о династии Панаевых, три поколения которых дали русской литературе в XVIII–XIX веках знаменитых литераторов – трех Иванов, Александра и Владимира Панаевых.

Детальное изучение архивных материалов и письменных источников о предках прадеда А. А. Блока – Александра Львовича Черкасова – дало интересные результаты. Впервые они опубликованы в наших работах14 о семье и потомках туринского воеводы Ивана Андреевича Панаева. Установлено, что дочь туринского воеводы – Елена Ивановна Панаева – вышла замуж за Льва Ивановича Черкасова и стала матерью того прадеда А. А. Блока – А. Л. Черкасова, – о котором писали М. А. Бекетова и Г. П. Блок15.

Таким образом, в конце XVIII века «завязался генеалогический узел» между дворянскими родами Панаевых и Черкасовых, которые впоследствии дали России ряд выдающихся литературных и музыкальных талантов.

Итак, мать прадеда Блока принадлежит славной династии Панаевых. Елена Ивановна Панаева (1759–1840) – дочь туринского городского воеводы, председателя Верхнего надворного суда Тобольского наместничества, надворного советника Ивана Андреевича Панаева (1720–1796), положившего начало роду Панаевых, оставивших заметный след в литературе XIX–XX веков. О роде Панаевых написано немало. Пожалуй, самое полное исследование оставили Владимир Пызин и Екатерина Вощина16. Но и в указанной работе есть ряд неточностей, устраненных в нашей предыдущей работе17.

Род Панаевых хорошо известен в России. Не говоря о представителях этого рода, оставивших яркий след в музыке, остановимся на тех, кто прославил себя в литературе. Прежде всего, это родной брат Елены Ивановны Панаевой (Черкасовой) – Иван Иванович Панаев, обладавший, судя по воспоминаниям его современников, несомненным литературным талантом. В историю русской литературы он вошел как Иван Панаев I. Будучи адъютантом генерал-аншефа графа Брюса в 1778 году, он был завсегдатаем самого престижного литературного салона того времени – салона графини, статс-дамы Марии Андреевны Румянцевой, где собирались и читали свои сочинения лучшие литераторы и просветители того времени – Новиков, Державин, Дмитриевский, Иван Иванович Тургенев. «Произведения Панаева, написанные таким языком, каким до того времени (до 1779 г.) едва ли кто писал, ценились выше всех, читанных на этих немногочисленных, но избранных собраниях и не раз удостаивались внимания Наследника Престола ВК Павла Петровича... Слог, которым писал Панаев, чрезвычайно близок к языку Карамзина, явившегося гораздо позже; по стилю Панаев составляет нечто среднее между Карамзиным и Ломоносовым... К сожалению, Панаев, по необыкновенной своей скромности, никогда не печатал своих сочинений, что составляет огромный ущерб для русской словесности»18. К счастью, кое-что всё же сохранилось, и в настоящее время доступно для желающих ознакомиться с этими текстами.

Сыновья Ивана Панаева I – Николай, Иван, Александр и Владимир – также обладали литературным талантом. Воспоминания о братьях Панаевых оставил друг их детства, писатель С. Т. Аксаков: «Александр Панаев был охотник до русской словесности... Будучи обожателем Карамзина, он писал идиллической прозой». Принялся Александр и за издание гимназического журнала «Aркадские пастушки». Будучи студентами университета, Аксаков и братья Панаевы издавали «Журнал наших занятий»19.

Владимир Панаев, публиковавший свои первые стихи в журнале «Казанского общества любителей словесности», стал преуспевающим литератором в Петербурге. Его стихи печатались в журналах «Сын Отечества», «Благонамеренный». Практически ни один номер модного тогда «Благонамеренного» не выходил без его сочинений. Там же регулярно появлялись поэтические и прозаические произведения братьев Панаевых и их сестры Поликсены Рындовской. Иван Панаев II – «главный идиллик» – вскоре сменил идиллическое направление и стал выступать с острыми публицистическими статьями в роли журналиста и критика.

«Остроту его пера подхватит впоследствии его сын, тоже Иван Иванович, связав свою судьбу с Некрасовым»20. Речь идет об Иване Иванович Панаеве III – создавшем журнал «Современник» совместно с Н. А. Некрасовым.

Следует ли удивляться, что и потомки Панаевых по женской линии также были заметными фигурами в истории российской культуры. Среди потомков Панаевых-Черкасовых по женской линии есть имена, известные в музыкальном и литературном мире не только в России. Мы пока говорим только о литераторах. Это сын Елены Панаевой – поэт «Золотого века русской литературы» Иван Львович Черкасов (племянник Панаева I и кузен Панаева II)21; праправнуки Елены Панаевой – поэт Александр Александрович Блок и литературовед, прозаик, переводчик Георгий Петрович Блок, в своих исследованиях близко подошедший к обнаружению родителей своего прадеда.

Наше исследование предков отца А. А. Блока по материнской линии показывает, что они не только служили в Сибири, но и происходят из этого региона Российской Империи. Прадед Александра Блока, Александр Львович Черкасов, – «псковский губернатор, из дворян Новгородской губернии, когда-то ранее служивший в Сибири», оказался сибиряком в нескольких поколениях. Там он родился, там же похоронены его предки – прадеды, деды и родители. Почему прежние исследователи биографии А. А. Блока не упоминали о его сибирских корнях, не совсем ясно.

Судьба А. Л. Черкасова типична для дворян – потомственных военных: практически все мужчины в семье Черкасовых поступали на военную службу, часто родственники служили в одном полку. (В частности, кузены Панаевы и Черкасовы служили вместе в Лейб-Гвардии уланском). Мнение М. А. Бекетовой, что в роду Черкасовых наследственно сохранились «черты жестокости и самобытности» как мрачные признаки крепостничества – особенно нелепы в этом контексте; к тому же, добавим, крепостное право в Сибире было развито в наименьшей степени и сохранялось, в основном, в церковно-монастырских вотчинах. Черкасовы и Панаевы были «служивыми» людьми – военными и гражданскими чиновниками. Г. П. Блок писал Бекетовой о братьях Черкасовых кратко, мы приведем более подробные сведения.

Александр Львович родился 16 августа 1796 году, вероятно, в городе Перми, где тогда служил его отец. Ему не было и двух месяцев, когда умер его дед по матери – Туринский воевода Иван Андреевич Панаев, следом за которым скончался и единственный брат матери – Иван Иванович Панаев I, пермский губернский прокурор. Вдова Ивана Панаева с детьми переехала в свое поместье в Казань; семья Черкасовых, по-видимому, некоторое время еще оставалась в Перми. В 1801 году Лев Иванович Черкасов стал городничим города Верхотурья, а в 1810-м, в связи с новым назначением, переехал с семьей в Ирбит, где семья находилась до самой его смерти. Умер Лев Иванович Черкасов 16 июня 1814 года, ровно за два месяца до 18-летия Александра.

Александр последовал по стопам покойного отца и старшего брата Николая, служившего тогда в Лейб-Гвардии уланском ЕИВ Константина Павловича полку, и поступил на военную службу в артиллерию. Он делал хорошую карьеру, неоднократно награждался, поскольку «препорученныя ему должности исполнял всегда с неутомимым усердием как отличный и всегда заслуживающий одобрения начальства офицер»22.

Старший брат Николай покинул Лейб-Гвардии уланский полк и, после службы в Сумском гусарском и Ямбургском уланском полках, в 1828-м был назначен директором Первого Сибирского казачьего училища в Омске. Младший, Иван, также продолжил семейную династию офицеров. Окончив учебу в Дворянском кавалерийском эскадроне (1817–1819), он служил корнетом в том же Лейб-Гвардии уланском полку, где в годы наполеоновских войн служил и старший брат Николай, покинувший полк в 1818 году. Вот как раз об этих двух братьях-уланах и писал Г. П. Блок.

У Александра Львовича и его жены Ариадны Ивановны Тетюевой родилось 11 детей, но большинство из них умерло в младенчестве. В 1832 году 26 сентября родилась дочь Ариадна – та самая Ариадна Александровна (по признанию М. А. Бекетовой, «девушка необычайной красоты»), которой судьба уготовила стать бабушкой поэта Александра Блока. В роли восприемника, так уж у братьев повелось, выступил младший брат – Иван, уже довольно известный поэт, публиковавшийся в Санкт-Петербургском журнале «Литературные Прибавления к Русскому Инвалиду», и создавший ряд произведений совместно с композитором Александром Алябьевым23.

Иван Львович сделал отличную карьеру, молодым дослужился до полковника, но в 1838 году умер, не достигнув 40 лет. Старший брат Александра, генерал-майор Николай Львович, жил в Петербурге с 1839 года, после десятилетней службы директором Сибирского казачьего училища. Он скоропостижно умер, будучи в командировке в Красноярске, в 1843 году.

Александр Львович Черкасов уже в чине Действительного статского советника, стал Псковским губернатором в 1846 году. Этот период отмечен в книге Е. В. Сафоновой и Е. С. Кравченко об А. Л. Блоке24. В отличие от М. А. Бекетовой, представившей Александра Львовича Черкасова «деспотичным и жестким», авторами книги ему дается положительная характеристика. Прадед поэта упоминается как «губернатор-преобразователь, основавший в Пскове первый чугунолитейный завод, построивший крытый мост через речку Пскову, прозванный в народе ‘Американским’, заложивший сохранившийся до нашего времени Кутузовский сад». Отмечено, что «в 1848 г. во время эпидемии холеры, именно благодаря его человеческому участию и организаторскому таланту людские потери удалось минимизировать»25.

Подводя итоги исследования сложных и разветвленных родственных связей предков А. А. Блока, можно сделать несколько выводов. Во-первых, предки А. А. Блока по отцовской линии происходят из Сибири, из дворянских родов служивых людей – военных и чиновников. Во-вторых, сибирские предки поэта также имеют корни, общие со славным родом литераторов Панаевых, давшего, по-видимому, творческую «прививку» ветви доблестных офицеров Черкасовых, верно служивших царю и отечеству более ста лет. В-третьих, попытки М. А. Бекетовой отвернуться от предков отца поэта и замкнуть свои умозаключения о генетике творческого гения А. А. Блока в узкий круг петербургской профессорской семьи, ни к чему, кроме нарушения исторической правды, не приводят. Дальнейшее исследование генеалогии А. А. Блока – всех ветвей этого разветвленного древа – откроет много тайн прошлого и многое же прояснит о самом поэте.

ПРИМЕЧАНИЯ

1. Бекетова, М. А. Воспоминания об Александре Блоке / М., 1990. – С. 7.

2. Жуковская, Т. Н. Реликвии Александра Блока. // «Наше наследие», № 2, 1989. – Сс. 76-79.

3. Бекетова, М. А. Александр Блок / Пг., «Алконост», 1922. – С. 12.

4. Бекетова, М. А. Воспоминания... – С. 298.

5. Бекетова, М. А. Александр Блок... – С. 15.

6. Пущин, И. И. Сочинения и письма. Том 1 / Записки о Пушкине. Письма 1816–1849 гг. // М., «Наука», 1999. – С. 181.

7. Блок, А. А. Сочинения в одном томе. Стихотворения, поэмы, театр, статьи, речи, письма / М.-Л., ГИХЛ, 1946. – С. 16.

8. Александр Блок. Новые материалы и исследования // «Литературное наследство». Том 92, книга первая / М., 1980. – С. 264.

9. Бекетова, М. А. Александр Блок... – С. 22.

10. Бекетова, М. А. Воспоминания... – С. 279.

11. Бекетова, М. А. Александр Блок... – С. 23.

12. Блок, А. А. Сочинения в одном томе… – C. 15.

13. Там же. – С. 17.

14. Ранская, А. Г. Туринский воевода Иван Андреевич Панаев, его семья и потомки. Новые архивные находки / Прикосновение к векам: Туринская старина. Историко-родоведческий сборник. Выпуск 8 // Туринск, 2020. – Сс. 66-76; Ранская, А. Г. и Толстой, М. Н.Третья жена поэта П. П. Ершова. Елена Николаевна (урожденная Черкасова) – внучка героя войны 1812 года генерал-майора А. С. Чаликова и правнучка Туринского воеводы И. А. Панаева. // Там же. – Сс. 88-94.

15. Запись о венчании. Метрические книги церквей г. Туринска и Туринского уезда за 1780 годы / ГА г. Тобольска. Ф. И156. Оп. 15. Д. 802. Л. 4.1.

16. Пызин, В. Х. и Вощина, Е. Х. Шесть поколений Панаевых, верных семейной традиции. Биогенеалогические очерки / СПб., 2010. 222 с.

17. Ранская, А. Г. Туринский воевода Иван Андреевич Панаев...

18. Памятная книжка и Адрес-календарь Пермской губернии на 1893 год / Издание Пермского Губернского статистического Комитета, типография Губернской Земской Управы // Пермь, 1892. – С. 72.

19. Пызин, В. Х. и Вощина, Е. Х. Шесть поколений Панаевых... – С. 24.

20. Там же. – С. 25.

21. Ранская, А. Г. Сибирский поэт Иван Черкасов // «Сибирские огни», № 6, 2020. – Сс. 162-169.

22. Формулярный Список о службе смотрящего в должности Псковского Гражданского Губернатора Действительного Статского Советника Черкасова 1847 года / ГАПО. Ф. 20. Оп. 1. Д. 1618. Л. 132.

23. Ранская, А. Г. Сибирский поэт Иван Черкасов... – С. 163.

24. Сафонова, Е. В. и Кравченко, Е. С. Александр Львович Блок. Биография ученого / М., 2013. 152 с.

25. Там же. – С. 11.

A. G. Ranskaya

Siberian ancestors of A. A. Blok: Panaevs and Cherkasovs

Alexander Blok entered Russian literature under the name he inherited from his father, from whom he was separated at birth, and became the center of his father's conflict with his mother's family, the Beketovs. This study is dedicated to the genealogy of A. A. Blok's father, shedding new light on the genealogical roots of the great poet.

It so happens that researchers of Alexander Blok's life (1880–1921) mainly focused on the poet's maternal lineage - both from the side of her father, Andrey Beketov, and her mother, Elizaveta Karelin. Alexander Blok's paternal genealogy is typically limited to a brief history of the German Blok family, while the genealogy of the Cherkasov line, to which the poet's paternal grandmother, Ariadna Alexandrovna, belonged, is only represented in literature by an unfavorable description of her father, the poet's great-grandfather, Alexander Lvovich Cherkasov.

The image of the poet's father was demonized by A. A. Blok's maternal aunt, M. A. Beketova, in her published memoirs, and was subsequently accepted as a base by every new researcher. An overt hostility of M. A. Beketova towards the Cherkasov family and personally to Ariadna Alexandrovna is evident. The reasons for this are beyond the scope of this study.

The existence of "familial antipathies" between the Beketov and Blok families is noted, among others, by the literary critic Stanislav Lesnevsky in the preface to the "Memories of Alexander Blok" published in 1990. He mentions, “... Georgy Petrovich Blok (1888–1962), the poet's cousin, a talented literary scholar and an interesting writer, who, for some unclear familial reasons, sometimes treated the Beketov family with noticeable animosity or not entirely objectively.” This notion of "familial antipathies" is also suggested by an article by T. N. Zhukovskaya. A series of documents from the Mendeleev family archive, due to a series of coincidental and intentional circumstances, ended up with the Yakushkin family. This happened in Leningrad during the first blockade winter, shortly after the death of the archive's guardian, Anna Ivanovna Mendeleeva (second wife of D. I. Mendeleev and mother of the poet’s wife, L. D. Mendeleeva-Blok). On August 7, 1988, during the traditional Alexander Blok Remembrance Day in Shahmatovo, E. D. Yakushkin handed over autographs from his home collection to the Soviet Culture Fund for the D. I. Mendeleev and A. A. Blok Museum-Reserve near Moscow. Among the documents is “... another relic from the Yakushkin home collection - an original letter from the poet's paternal cousin, writer Georgy Petrovich Blok (1888–1972), dated March 9, 1922, to M. A. Beketova, who was preparing her first book on her nephew 'Alexander Blok' for publication (Petrograd, Alkonost, 1922).”

The letter was found among the papers of the late Anna Ivanovna Mendeleeva, likely inherited from her after the death of the "residents of the apartment on Pryazhka in 38-39" (referring to A. Blok’s wife - Lyubov Mendeleeva, and her sister - Maria Beketova).

Here's the translation:

"Dear Maria Andreevna! <…>

Our conversation prompted me to look more closely at the Cherkasovs, and here is what I have learned from various printed sources in these days.

First of all, I seem to have mistakenly named my great-grandfather Alexander Ivanovich – he was also: Alexander Lvovich.

He was of the nobility from the Kazan province. Born on August 16, 1796, he died in September 1856. Apparently, in his youth, he served in the guards, in the artillery. He likely began his service in 1819. He was the civil governor of Pskov from February 26, 1845, until the day of his death.

He had brothers Ivan and Nikolai, both guards' uhlans. In the "Russian Archive" for 1878 (vol. III, p. 519), there are very "cozy" memoirs, conveyed by I. S. Listovsky and titled "Stories from Recent Antiquity". They mention: "In Pskov, the governor was Alexander Lvovich Cherkasov. The Tsar, knowing him as the most honest worker, without any property and burdened with a family, granted a dowry for each daughter's marriage" <...>. I will continue searching for information about the Cherkasovs. I hope that by the time you work on the detailed "Materials", I will manage to obtain portraits of two great-grandfathers: Alexander Ivanovich Blok and A. L. Cherkasov.

G. P. Blok concludes his letter on a positive note: "The evening spent at your place was wonderful. The theme of this evening – both antiquity and the very latest – is infinitely dear to me. I would very much like to visit you again. Sincerely respecting you and always ready to help, G. Blok."

In her article, T. N. Zhukovskaya notes: "About the poet's maternal grandfather A. L. Cherkasov, whom G. P. Blok mentions, M. A. Beketova wrote in the book 'Alexander Blok' (1922): 'The poet's great-grandfather, Alexander Lvovich Cherkasov, judging by the scarce information that has reached our time, was known as an exceptionally despotic and cruel man <...> Alexander Lvovich served in Siberia <...>. All his four daughters received a home education"³.

In response to the documents provided by G. P. Blok about the "most honest worker" Alexander Lvovich Cherkasov, M. A. Beketova maintains in her book that he was "known as an exceptionally despotic and cruel man", referencing only "scarce information", without mentioning the known letter from G. P. Blok.

In the second book "Alexander Blok and His Mother," released shortly after the death of Blok's mother (the book was completed on June 14, 1923), M.A. Beketova continued to "distance" herself from the Cherkasovs: "... It seems that Al. Lv. was unsuitable for family life due to some atavistic, abnormal cruelty, likely inherited from his mother's ancestors, originally Cherkasova. I cannot suspect such crude manifestations of uncouthness in the German family of the Bloks, who migrated from Germany and gave Russia a number of doctors and officials. I believe the root of this evil lies in the depths of feudal Russia, from where Al. Lv. adopted traits of cruelty and individuality"4.

Did M.A. Beketova know the genealogy of the Cherkasovs? Very likely. And not only from the letter of G.P. Blok. There were longstanding connections between the Beketov and Cherkasov families. M.A. Beketova writes: "My grandfather, Nikolai Alexeyevich Beketov, <...> married and settled in a village. His wife (born Yakushkina, a niece of a Decembrist)"5. The Decembrist Yakushkin was exiled to Siberia, in Yalutorovsk, where he closely communicated with Gavriil Lvovich Cherkasov (the blood brother of A.A. Blok's great-grandfather), who was serving there as a magistrate in the city of Turinsk. In letters to his friend I.I. Pushchin, also a Decembrist, Yakushkin advises getting to know the Cherkasovs better6. At that time, eligible maidens lived in G.L. Cherkasov's family – nieces, daughters of another brother, Nikolai Lvovich, the second cousin of A.A. Blok's great-grandfather. One of them, Elena Nikolaevna Cherkasova, later became the wife of the poet P.P. Ershov.

It is well known that P.P. Ershov's family was very close to D.I. Mendeleev's family, and P.P. Ershov's stepdaughter, Feozva Nikitichna Lesheva, daughter of his first wife, became the first wife of Dmitry Ivanovich. Mendeleev assisted his father-in-law P.P. Ershov with the publication of the long-banned fairy tale "The Little Humpbacked Horse," in obtaining the constantly delayed royalty, and even secured a pension for him, the arrangement of which was excessively prolonged. In turn, the Beketov and Mendeleev families had a longstanding friendship. Alexander Blok in his "Autobiography" writes: "Mendeleev and my grandfather, shortly after the emancipation of the peasants, traveled together to the Moscow region and bought two estates – side by side; Mendeleev's Boblovo is located seven versts from Shakhmatovo, I was there in childhood, in my youth I started to visit there often"7. Boblovo was acquired by Mendeleev for his first family, and undoubtedly, the communication between Mendeleev's first family and the Beketovs was close. Thus, already two generations before M.A. Beketova, the families of Yakushkins, Cherkasovs, Mendeleevs, and Beketovs were intertwined through marriages and friendships.

In those days, in noble families, marriages could not take place without a thorough mutual study of the groom's and bride's genealogies. The poet's father was likely interested in genealogies as well. In a letter sent from Warsaw in July 1903, already informed by his son about the upcoming wedding to the daughter of D.I. Mendeleev, he inquires about which of Mendeleev's marriages his son's bride-to-be comes from: "...write the maiden name of her [bride's] mother when you can." This was hardly idle curiosity; at that time, it was an important question.

However, we cannot definitively assert that the Beketovs knew the details of the genealogical tree of the Cherkasovs; we will leave that as a supposition. Nevertheless, M.A. Beketova's reluctance to include at least a part of the Cherkasov family history, which G.P. Blok shared with her at her request, in the poet's biography seems quite strange.

It's possible that G.P. Blok did reconstruct the genealogy of his and A.A. Blok's common great-grandfather A.L. Cherkasov, but it either didn't fit into the "heritage" "concept of talent" of the poet proposed by M.A. Beketova, or he was too late with his discovery for the publication of her second book (1925).

Interestingly, many years later, in 1938, G.P. Blok was involved in the work on the publication of the complete works of A.S. Pushkin. Working on Volume IX ("History of Pugachev") led him to study the literature and language of the 18th century. Based on this work, he wrote a candidate's dissertation and published the article "Pushkin and Shvanvichi." Beside the name Shvanvich in Pushkin's works, the name Lev Cherkasov is mentioned. It was determined that this was about Lev Ivanovich Cherkasov (father of Blok's great-grandfather), a lieutenant of the Carabiner Squadron of the Moscow Legion, about whom A.S. Pushkin writes in his "History of Pugachev." Whether this is a mere coincidence or Georgy Petrovich was led to this topic by his ongoing study of the Cherkasov family, which he promised M.A. Beketova he would undertake, and whether he recognized Lev Cherkasov as his ancestor, we do not know.

M. A. Beketova asserts in her publications that the poet's literary talent is solely owed to the Beketov family, where "the poetic gift of Alexander Blok was nurtured". "In our family, where Sasha's grandmother [Beketova] set the tone, literature was, so to speak, in the blood... As it seems, literary flair passed on to Sasha from his grandmother..." As we will show below, the aunt might have been right about grandmother Beketova if A. A. Blok didn't also have a second grandmother - Ariadna Alexandrovna, much more interesting from this perspective.

It should be noted that M. A. Beketova also explains the poet's "musicality" through heredity: "The musicality of [Blok's] father, apparently, manifested in his son in a special way. It reflected in the extraordinary musicality of his verse and the diversity of rhythms."

However, Alexander Blok himself, in his "Autobiography" first published in June 1915, notes: "My mother's family is involved in literature and science." "In my father's family, literature played a minor role." Does this claim match reality? What is known about the Cherkasov lineage?

Generally speaking, regarding the dominant role of heredity and upbringing in the formation of talents, debates have been ongoing for a long time. M. A. Beketova's view on this issue is not new, but in our case, we need to consider the problem more broadly, particularly from a genealogical perspective. It should be said that literary talents, especially of the outstanding level reached by few in Russian literature, are not cultivated by upbringing in decent noble families where everyone is interested in literature and many "try their hand at writing". Otherwise, there would be thousands of poets and writers. Literary talent is rare, and even literary institutes don't produce talented writers unless they come to study there themselves.

On the other hand, there are, if not dynasties, then families where the creative potential, laid down by the founder, manifests several generations down, making such a case famous. Primarily, one can recall the descendants of Count Peter Andreevich Tolstoy (a talented writer himself, with historians counting 24 writers among his descendants) and the Panaev dynasty, three generations of which gave Russian literature in the 18th-19th centuries famous authors - three Ivans, Alexander, and Vladimir Panaev.

Detailed study of archival materials and written sources about the ancestors of A. A. Blok's great-grandfather - Alexander Lvovich Cherkasov - yielded interesting results. They were first published in our works about the family and descendants of the Turin voivode Ivan Andreevich Panaev. It was established that the daughter of the Turin voivode - Elena Ivanovna Panaeva - married Lev Ivanovich Cherkasov and became the mother of that great-grandfather of A. A. Blok - A. L. Cherkasov, whom M. A. Beketova and G. P. Blok wrote about.

Thus, at the end of the 18th century, a "genealogical knot" was tied between the noble families of Panaevs and Cherkasovs, who subsequently gave Russia a number of outstanding literary and musical talents.

So, the great-grandfather of Block's mother belongs to the illustrious dynasty of the Panaevs. Elena Ivanovna Panaeva (1759–1840) was the daughter of the Turinsk city voivode, chairman of the Upper Court of the Tobolsk Vicegerency, court counselor Ivan Andreevich Panaev (1720–1796), who founded the Panaev dynasty, which left a significant mark in the literature of the 19th-20th centuries. Much has been written about the Panaev family. Perhaps the most comprehensive research was conducted by Vladimir Pyzin and Ekaterina Voshchina16. However, even in the mentioned work, there are inaccuracies, which were rectified in our previous work17.

The Panaev family is well-known in Russia. Without mentioning the representatives of this dynasty who made a mark in music, let's focus on those who distinguished themselves in literature. First and foremost, it's the biological brother of Elena Ivanovna Panaeva (Cherkasova) - Ivan Ivanovich Panaev, who, judging by the memories of his contemporaries, had undeniable literary talent. In the history of Russian literature, he is known as Ivan Panaev I. Being an aide-de-camp to General Bruce in 1778, he frequented the most prestigious literary salon of that time - the salon of Countess Maria Andreevna Rumyantseva, where the best writers and enlighteners of that era, such as Novikov, Derzhavin, Dmitrievsky, and Ivan Ivanovich Turgenev, gathered and read their compositions. "Panaev's works, written in a language that hardly anyone had used until then (before 1779), were valued above all others read at these rare but select gatherings and were often noticed by the Crown Prince Paul Petrovich... The style in which Panaev wrote is very similar to the language of Karamzin, who appeared much later; stylistically, Panaev is something between Karamzin and Lomonosov... Regrettably, due to his extraordinary modesty, Panaev never published his compositions, which is a huge loss for Russian literature"18. Fortunately, some of his works have been preserved and are now available for those interested in reading them.

The sons of Ivan Panaev I - Nikolai, Ivan, Alexander, and Vladimir - also possessed literary talent. Memories of the Panaev brothers were left by their childhood friend, writer S. T. Aksakov: "Alexander Panaev was a fan of Russian literature... Being an admirer of Karamzin, he wrote in idyllic prose." Alexander also started publishing the gymnasium journal "Arcadian Shepherds." While being university students, Aksakov and the Panaev brothers published the "Journal of Our Activities"19.

Vladimir Panaev, who published his first poems in the magazine of the "Kazan Society of Literature Lovers," became a successful writer in St. Petersburg. His poems were published in the magazines "Son of the Fatherland" and "Well-Intentioned." Practically every issue of the then-fashionable "Well-Intentioned" contained his compositions. There, the poetic and prose works of the Panaev brothers and their sister Polixena Ryndovskaya also regularly appeared. Ivan Panaev II - the "main idyllist" - soon shifted from idyllic literature to sharp journalistic articles as a journalist and critic.

In English:

"The sharpness of his pen was later taken up by his son, also Ivan Ivanovich, who tied his fate with Nekrasov."20 This refers to Ivan Ivanovich Panaev III – who co-founded the "Sovremennik" magazine with N.A. Nekrasov.

Should we be surprised that the descendants of the Panaevs through the female line were also significant figures in the history of Russian culture? Among the descendants of the Panaevs-Cherkasovs through the female line, there are names known in the music and literary world, not only in Russia. We are only talking about writers for now. This includes the son of Elena Panaeva – poet of the "Golden Age of Russian Literature" Ivan Lvovich Cherkasov (nephew of Panaev I and cousin of Panaev II)21; great-great-grandchildren of Elena Panaeva – poet Alexander Alexandrovich Blok and literary scholar, novelist, translator Georgy Petrovich Blok, who in his studies came close to discovering the parents of his great-grandfather.

Our research into the ancestors of A.A. Blok's father on the maternal line shows that they not only served in Siberia but also originated from this region of the Russian Empire. Alexander Blok's great-grandfather, Alexander Lvovich Cherkasov – "governor of Pskov, from the nobility of the Novgorod province, who once served in Siberia" – was Siberian for several generations. He was born there, and his ancestors – great-grandfathers, grandfathers, and parents – were buried there too. Why previous researchers of A.A. Blok's biography did not mention his Siberian roots is not entirely clear.

The fate of A.L. Cherkasov is typical for nobles – hereditary soldiers: almost all men in the Cherkasov family joined military service, often relatives served in the same regiment. (In particular, cousins Panaev and Cherkasov served together in the Life-Guards Ulan). M.A. Beketova's opinion that in the Cherkasov family, "traits of cruelty and originality" were inherited as dark signs of serfdom is particularly absurd in this context; besides, we should add, serfdom in Siberia was the least developed and was mainly preserved in church-monastery lands. The Cherkasovs and Panaevs were "service" people – military and civil officials. G.P. Blok wrote to Beketova briefly about the Cherkasov brothers, but we will provide more detailed information.

Alexander Lvovich was born on August 16, 1796, likely in the city of Perm, where his father was serving at the time. He was less than two months old when his maternal grandfather, the Governor of Turinsk, Ivan Andreevich Panaev, passed away, followed by the death of his mother's only brother, Ivan Ivanovich Panaev I, the prosecutor of the Perm province. Ivan Panaev's widow moved with her children to her estate in Kazan; the Cherkasov family, it seems, stayed in Perm for a while longer. In 1801, Lev Ivanovich Cherkasov became the city head of Verkhoturye, and in 1810, due to a new appointment, moved with his family to Irbit, where they remained until his death. Lev Ivanovich Cherkasov died on June 16, 1814, exactly two months before Alexander's 18th birthday.

Alexander followed in the footsteps of his late father and older brother Nikolai, who was then serving in the Life-Guards Ulan Regiment of Emperor Constantine Pavlovich, and joined the military service in the artillery. He had a successful career and was often awarded, as he "always fulfilled his duties with tireless diligence as an outstanding officer, always deserving the approval of his superiors"22.

His elder brother Nikolai left the Life-Guards Ulan Regiment and, after serving in the Sumsk Hussar and Yamburg Ulan regiments, in 1828 was appointed director of the First Siberian Cossack School in Omsk. The younger brother, Ivan, also continued the family's officer dynasty. After studying at the Noble Cavalry Squadron (1817–1819), he served as a cornet in the same Life-Guards Ulan Regiment, where his older brother Nikolai served during the Napoleonic wars before leaving the regiment in 1818. This is precisely about these two Ulan brothers that G.P. Blok wrote.

Alexander Lvovich and his wife Ariadna Ivanovna Tetyueva had 11 children, but most of them died in infancy. On September 26, 1832, their daughter Ariadna was born - the very same Ariadna Alexandrovna (admitted by M.A. Beketova as a "girl of extraordinary beauty"), who was destined to become the grandmother of the poet Alexander Blok. As the family tradition had it, the role of a successor was taken by the younger brother – Ivan, by then a fairly well-known poet, who published in the St. Petersburg magazine "Literary Additions to the Russian Invalid", and co-created several works with the composer Alexander Alyabyev23.

Ivan Lvovich had an exceptional career, reaching the rank of colonel at a young age. However, he passed away in 1838, not having reached the age of 40. Alexander's older brother, Major General Nikolai Lvovich, lived in Petersburg from 1839 after serving ten years as the director of the Siberian Cossack School. He died unexpectedly while on a mission in Krasnoyarsk in 1843.

Alexander Lvovich Cherkasov, holding the rank of Actual State Councillor, became the Governor of Pskov in 1846. This period is highlighted in the book by E.V. Safonova and E.S. Kravchenko about A.L. Blok24. Contrary to M.A. Beketova's portrayal of Alexander Lvovich Cherkasov as "despotic and harsh", the book authors offer a positive character description. The poet's great-grandfather is mentioned as a "reforming governor, who founded the first iron foundry in Pskov, built a covered bridge over the Pskova river (nicknamed 'American' by the locals), and laid the foundation for the Kutuzov garden which has survived to this day". It is noted that "in 1848, during a cholera epidemic, it was due to his compassion and organizational talent that human losses were minimized"25.

Summing up the study of the complex and branching familial ties of A.A. Blok's ancestors, several conclusions can be drawn. First, A.A. Blok's paternal ancestors come from Siberia, from noble families of military officers and officials. Second, the poet's Siberian forebears also share roots with the illustrious literary Panaev family, which, seemingly, provided the "creative graft" to the Cherkasov line of valiant officers who loyally served the Tsar and the homeland for over a hundred years. Third, M.A. Beketova's attempts to distance herself from the poet's paternal ancestors and confine her conclusions about the genetic creativity of A.A. Blok to a narrow circle of the Petersburg professorial family do nothing but distort historical truth. Further study of A.A. Blok's genealogy – all branches of this extensive tree – will unveil many secrets of the past and shed light on the poet himself.

NOTES

1. Beketova, M. A. Memories of Alexander Blok / Moscow, 1990. – P. 7.

2. Zhukovskaya, T. N. Relics of Alexander Blok. // "Our Heritage", No. 2, 1989. – Pp. 76-79.

3. Beketova, M. A. Alexander Blok / St. Petersburg, "Alkonost", 1922. – P. 12.

4. Beketova, M. A. Memories... – P. 298.

5. Beketova, M. A. Alexander Blok... – P. 15.

6. Pushchin, I. I. Works and Letters. Volume 1 / Notes on Pushkin. Letters from 1816–1849 // Moscow, "Science", 1999. – P. 181.

7. Blok, A. A. Works in one volume. Poems, narratives, theater, articles, speeches, letters / Moscow-Leningrad, GIKHL, 1946. – P. 16.

8. Alexander Blok. New materials and research // "Literary Heritage". Volume 92, book one / Moscow, 1980. – P. 264.

9. Beketova, M. A. Alexander Blok... – P. 22.

10. Beketova, M. A. Memories... – P. 279.

11. Beketova, M. A. Alexander Blok... – P. 23.

12. Blok, A. A. Works in one volume... – P. 15.

13. Ibid. – P. 17.

14. Ranskaya, A. G. Turin Voivode Ivan Andreevich Panaev, his family and descendants. New archival discoveries / Touch to the ages: Turin antiquity. Historical and genealogical collection. Issue 8 // Turinsk, 2020. – Pp. 66-76; Ranskaya, A. G. and Tolstoy, M. N. The third wife of poet P. P. Ershov. Elena Nikolaevna (born Cherkasova) - granddaughter of the hero of the 1812 war Major General A. S. Chalikov and the great-granddaughter of Turin Voivode I. A. Panaev. // Ibid. – Pp. 88-94.

15. Marriage Record. Metric books of the churches of Turinsk and Turinsk district for 1780 / State Archive of Tobolsk. F. I156. Op. 15. D. 802. L. 4.1.

16. Pyzin, V. Kh. and Voshchina, E. Kh. Six generations of Panaevs, faithful to family tradition. Biogenealogical essays / St. Petersburg, 2010. 222 p.

17. Ranskaya, A. G. Turin Voivode Ivan Andreevich Panaev...

18. Memory book and Address-calendar of the Perm province for 1893 / Edition of the Perm Provincial Statistical Committee, typography of the Provincial Zemstvo Administration // Perm, 1892. – P. 72.

19. Pyzin, V. Kh. and Voshchina, E. Kh. Six generations of Panaevs... – P. 24.

20. Ibid. – P. 25.

21. Ranskaya, A. G. Siberian poet Ivan Cherkasov // "Siberian Lights", No. 6, 2020. – Pp. 162-169.

22. Formulary List on the service of the Acting Civil Governor of Pskov, Actual State Councillor Cherkasov in 1847 / State Archive of Pskov Region. F. 20. Op. 1. D. 1618. L. 132.

23. Ranskaya, A. G. Siberian poet Ivan Cherkasov... – P. 163.

24. Safonova, E. V. and Kravchenko, E. S. Alexander Lvovich Blok. Biography of a scientist / Moscow, 2013. 152 p.

25. Ibid. – P. 11.